Рецензия: Поездатые поезда - «Новости кино»
Выбери жизнь. Выбери карьеру. Этим классическим монологом 20 лет назад Дэнни Бойл открыл себе дорогу к большому Голливуду (а заодно Эвану Макгрегору и частично Джонни Ли Милеру), одновременно раз и навсегда закрыв тему других интерпретаций романа Ирвина Уэлша. Как и следовало из литературной первоосновы, «На игле», единомоментно став классикой «наркоманского кино», показывал жизнь рабочих предместий Эдинбурга через призму непрерывного героинового угара, а сцена с мёртвым ребёнком и смерть Томми от СПИДа как бы вколачивали последний гвоздь в крышку гроба всей той романтики, которую зритель мог во всём происходящем углядеть. Однако с самого начала было видно, что сам Бойл снимал вовсе не элегию о катящихся под откос судьбах, всё это, включая заглавную сцену про «вы что сюда, на поезда попялиться пришли, ребятки», было лишь данью оригиналу, Бойла с самого начала интересовала клипованная экранизация истории собственной бесшабашной юности под музыку Игги Попа и её неизбежного завершения на мосту с рюкзаком ворованных денег. То есть автор настаивает на жанре криминальной комедии.
Бойла в этом явно не поняли, и все эти двадцать лет у него изрядно по этому поводу пригорало, так что продолжение, получившее симптоматически переусложнённое (ср. «2 Асса 2») название «Т2 Трейнспоттинг», куда удалось загнать всех выживших персонажей включая даже внезапную Лиззи, должно было стать не столько сиквелом, сколько грандиозной «объяснялкой», что же на самом деле хотел сказать автор.
В этом смысле жанр классического голливудского сиквела был идеальным форматом для воплощения первоначальной идеи. Берём тех же персонажей («только больше»), ту же музыку, те же локации, только окончательно превращаем происходящее в клип, переслаивая всё флэшбеками из оригинала. В дополнение же, чтобы кто-нибудь из зрителей не пропустил основную мысль, окончательно забываем про ржавые поезда в тупике заброшенного вокзала и вообще весь этот конфликт отцов и детей, и полностью отдаём себя ностальгии по безбашенной юности в виде обоев на стенах. Теперь те поезда остались лишь там.
Да и то сказать, Уэлш живописал тупик для целого поколения, но двадцать лет спустя внезапно оказалось, что «выбравшие жизнь» на поверку оказались не так уж и неправы, и несмотря на всю неустроенность, все персонажи прожили какую-то жизнь, и страна, поди ж ты, не пошла под откос несмотря на весь «брекзит», и героиновые наркоманы в ней из базовой страты целого поколения стали какими-то реликтами давно забытых времён, тогда как новые молодые с их способами упороться Бойла не интересуют вовсе. Вот и получился фильм-ностальгия с повторением пройденного, но по факту он скорее деконструирует всё то, на чём так настаивает, и скорее развенчивает остатки романтического флёра «ревущих восьмидесятых», которые тоже были таким ответом на разочарование от «ревущих шестидесятых». До встречи ещё через двадцать лет.
